Таха бежал из Сирии, когда ему было 16 лет: "За каждым делом стоит человек"

30 июня 2026 года Таха стоял в зале заседаний

“Меня зовут Таха,” – сказал он членам Палаты. “"Я приехал в Нидерланды 16-летним подростком без родителей. Не как взрослый, а как ребенок, ищущий безопасности."

Для Тахи этот момент во Второй палате парламента был важен. Не потому, что все проблемы были сразу решены, а потому, что его историю выслушали на официальном уровне.

“Для меня дело не только в разрешении на проживание,” – говорит Таха. “Дело в безопасности, свободе, человечности и моем будущем.”

Таха родом из Сирии. Он вырос в условиях войны, страха и неопределённости. У него не было обычного детства.

“Ребенок должен ходить в школу, играть и проводить время с семьей, ” – говорит он. “Но у меня было другое детство. Из-за войны мы всё время переезжали.”

В Сирии Таха не смог закончить школу, как это делают другие дети. Ему пришлось начать работать ещё в юном возрасте. Поэтому ещё в детстве он задумывался о вещах, о которых детям, собственно, не приходится задумываться.

“Я думал о работе, деньгах и выживании,” – говорит он. “Мои мысли были всегда заняты тем, как обеспечить безопасность.”

Когда Таха стал старше, он всё сильнее начал ощущать, что у него нет будущего в Сирии. Поэтому он уехал. Один.

Тахе было 16 лет, когда он покинул Сирию. Его родители не смогли поехать с ним. Путь в Европу был тяжёлым и опасным.

Он проезжал через разные страны. Часть маршрута проходила по морю. Он никогда не забудет этого. “Я боялся моря,” – рассказывает он. “Но иногда я боялся людей, которые встречались мне в дороге, еще больше.”

В феврале 2024 года Таха прибыл в Нидерланды. Он подал прошение об убежище. В тот момент он еще был несовершеннолетним. “Мне было страшно,” – говорит он. “Но также я чувствовал: я должен быть сильным. Рядом со мной никого не было. Ни отца, ни матери. Я должен был сделать это сам.”

В Нидерландах Таха впервые ощутил спокойствие. Он поступил в

“Я не боялся совершать ошибки,” – говорит Таха. “Я думал: если я говорю, я учусь. Если я буду молчать, я ничему не научусь.”

Шаг за шагом Таха строил новую жизнь. Свой первый диплом он получил в Нидерландах в учебном центре ROC Twente в Хенгело. Кроме того, он прошел стажировку и начал работать в сфере ухода за людьми с ограниченными возможностями.

“Эту работу я делаю моим сердцем,” – рассказал он также во Второй палате. “Я хочу продолжать учиться, продолжать работать и отплатить обществу, которое предоставило мне безопасное место.”

В то время как Таха учился и работал, он продолжал ждать решения

“Иногда я сидел в классе, но мои мысли были в другом месте,” – рассказывает он. “Я всё время думал: что будет со мной? Разрешат ли мне остаться? Придется ли мне уехать?”

В своей речи Таха рассказал, что эта неопределённость сильно на него повлияла. Это вызывало стресс, напряжение и проблемы со здоровьем. “В моём возрасте жизнь должна состоять из обучения, развития, работы и построения будущего. А не из ежедневного страха, что всё, что я создал, может внезапно исчезнуть.”

Тем не менее Таха не сдавался. Он выучил нидерландский язык. Он ходил в школу. Он работал. Он пытался интегрироваться. “Я пытался делать то, чего Нидерланды требуют от новоприбывших,” – говорит он. “Учил язык, ходил в школу, работал, участвовал и брал на себя ответственность.”

12 июня Таха получил отрицательное решение по своему ходатайству о предоставлении убежища. IND считает его заявление о том, что он отрекся от ислама, достоверным. Тем не менее, по мнению IND, это не означает, что при возвращении в Сирию ему грозит личная опасность. Кроме того, по оценке IND, ситуация с безопасностью в Хаме не настолько плохая, чтобы предоставить ему защиту в Нидерландах. Таха думает иначе. "Я боюсь, что в Сирии мне придётся скрывать свою идентичность и подстраиваться под религиозные ожидания окружающих".

Он был на пути на работу в тот момент, когда прочитал это решение. Сначала он замолчал. Позднее в тот день он заплакал. "Я не сидел без дела,” – говорит Таха. “Я как раз сделал всё, что мог, чтобы участвовать в жизни общества, учиться, работать и быть хорошим человеком в этом обществе. Именно поэтому это решение причиняет мне такую боль.”

Таха чувствует, что всё, чего он добился, вдруг оказалось под угрозой: его школа, работа, коллеги, друзья и будущее.

Таха знает, что члены парламента не могут принимать решения по его личному делу о предоставлении убежища. Тем не менее он захотел поделиться своей историей. Потому что он хочет показать, как длительная неопределенность сказывается на таких молодых людях, как он: “Молодые люди, которые изучали язык. Молодые люди, которые ходили в школу. Молодые люди, которые хотели работать, участвовать в общественной жизни и приносить пользу.”

Поэтому он подготовил петицию. Его история разлетелась по LinkedIn.

Таха еще не знает, как выглядит его будущее. Но он старается не терять надежды. “Я не прошу сочувствия,” – говорит он.“Я прошу человечного и честного взгляда. Смотрите не только на правила, цифры и папки с документами. Смотрите также на людей, стоящих за бумагами и цифрами.”

Его послание ясно: отнеситесь к его безопасности со всей серьезностью. Отнеситесь к его здоровью со всей серьезностью. Отнеситесь к его будущему со всей серьезностью. “Я продолжаю надеяться,” – говорит Таха. “Я остаюсь честным. Я продолжаю рассказывать мою историю.”